Наши ключевые глобальные риски

Два негативных риска для глобального экономического роста - эскалация и расширение торговой войны США и Китая, а также побочные эффекты, связанные с нормализацией процентных ставок в США.

Аналитики Standard & Poor’s утверждают, что тарифы окажут прямое влияние на экономический рост в обеих странах, который составит менее 1% ВВП. По их мнению, даже такое увеличение отразится на бизнесе, потребителях и расходах. Временно приостановленный спор между США и Китаем сыграет на руку всему миру.


Но расслабляться еще рано, потому что ожидается вторая волна противостояний. Она всколыхнет экономики многих стран, хотя отличить циклические последствия от тех, что связаны с торговой войной, не так просто. По мнению команды Ченж, временной профиль сопутствующих рисков был рассмотрен недостаточно.

Если то, что фактически ускорит темпы экономического роста - передача западных технологий в Китай и изменение каналов поставок из Поднебесной. И то, и другое займет время, но многие забывают о долгосрочных последствиях торговой войны. Они часто недооцениваются, а краткосрочные выгоды неадекватно завышаются.

Переговоры США и Китая, прошедшие на саммите G-20, помогли найти точки соприкосновения. Обе страны обсудили не только торговые, но и политические темы. Первый шаг к примирению уже сделан. Предсказать, как будут развиваться отношения двух стран в краткосрочной перспективе, вряд ли кому-то под силу, а потому за торговой политикой США и Китая надо следить в режиме 24/7. До сих пор остаются нерешенными вопросы, поднятые на переговорах между Японией и ЕС.

Второй ключевой глобальный риск связан с потенциалом более значительных, чем ожидалось, эффектов от нормализации процентных ставок в США. Необходимо подчеркнуть, что более высокие ставки сами по себе не представляют риска для базовой стратегии развития.

Федеральная резервная система через различные каналы, включая прямое управление и «точечные графики», показывающие индивидуальные прогнозы политиков в Федеральном комитете по операциям на открытом рынке, информировала о своем стратегическом рыночном плане.

Прогнозисты Standard & Poor’s считают, что основной путь изменения ставок в США уже задан. В перспективе он повлияет на:

  • кредитование;

  • цены активов;

  • рефинансирование;

  • ожидаемый ответ экономических агентов.


Риски, связанные со стабилизацией американского курса, несут двойственный характер. Во-первых, реакцию на более высокие показатели сложно предугадать. Например, ужесточение финансовых условий и нестабильная реакция рынка на предполагаемый политический курс может привести к переоценке активов, изменению потоков капитала и снижению расходов. Во-вторых, предполагаемый путь повышения ставок может оказаться неверным. Структура расходов и новый путь развития может существенно отличаться от прогнозируемого.

Наращивание нефинансового корпоративного долга и кредитования с использованием заемных средств в США и других странах может стать источником нестабильности. Сокращение финансирования резко увеличит стоимость заимствований и заставит полностью пересмотреть кредитную политику.


В большой игре есть много разных макро рисков. Они имеют более региональный или страновой характер, а потому вряд ли приведут к глобальному потрясению. К ним относят:

  • теневые финансовые потоки;

  • непредсказуемый Brexit;

  • напряженность вокруг итальянского бюджета;

  • вопросы о французских реформах;

  • финансовые проблемы в Турции и Аргентине.



Есть ли потенциал?



Команда Ченж убеждена в том, что искаженный профиль риска отрезвляет и помогает увидеть реальные перспективы развития. Есть ли потенциал? Что приведет к улучшению профиля риска? Маловероятно, что во всем виноваты центральные банки. Учитывая, что денежно-кредитная политика тяжело восстанавливалась после пережитого мирового финансового кризиса, можно винить фискальные, торговые или структурные проблемы. Экономики США, Китая и стран ЕС продолжают развиваться благодаря постоянным изменениям в стратегии и образе мышления, а также правильной постановке ключевых и долгосрочных целей.

Америка



Смена курса и отказ введения невыгодных тарифов для Китая - начало нового стратегического экономического диалога (SED 2.0). Между двумя богатейшими странами всегда есть спорные моменты, связанные с:

  • защитой прав интеллектуальной собственности;

  • экспортом высокотехнологичной продукции;

  • легкостью ведения бизнеса;

  • соразмерными вкладами в инвестиционную деятельность.


В любом случае игра должна соответствовать не только закону, но и правилам, устраивающим обе страны. Нужно просто сесть и поднять все волнующие темы (недавний ужин G-20 - это начало). Команда Ченж не согласна с идеей, что введение общих тарифов - это хороший способ построить доверие, минимизировать побочный ущерб и запустить по-настоящему серьезные процессы.

Торговый дисбаланс Америки напоминает пустышку, созданную для отвода глаза от реальной политической ситуации. Конечно, в США все можно исправить (в совокупности) благодаря увеличению резервов. Тарифы изменят только состав торгового баланса, а не его уровень.

Китай не уходит победителем, поэтому активизация и переориентация СЭД, начатая при администрации Джорджа Буша-старшего, станет прекрасной возможностью для улучшения торговли, роста экономики и получения большего доверия.
Запустить федеральную инфраструктурную программу. Когда жизнь дает вам лимоны, вы делаете лимонад. Когда демократы получают большинство в палате представителей Конгресса, то президенту надо перейти к решению вопросов, объединяющих его и оппозицию. Камнем преткновения, как обычно, стала инфраструктура.

В 2017 году Американское общество инженеров-строителей в очередной раз присвоило совокупной инфраструктуре США оценку D + (7).Скромный, четко ориентированный и «готовый к использованию» план мог бы помочь компенсировать уменьшающийся фискальный импульс, связанный со снижением налогов в 2018 году.

Долгосрочная цель: «сунуть нос» в международные воды и присоединиться к Транстихоокеанскому партнерству (ТТП). Это будет спуск, но важен его символизм. Разочарование Всемирной торговой организацией (ВТО) можно понять, но это не означает, что многосторонние отношения токсичны и противоречит интересам Америки.

Любая долгосрочная стратегия в отношении Азиатско-Тихоокеанского региона потребует оснований для взаимодействия с США и укажет Китаю путь к улучшению сотрудничества с остальным регионом. Сосредоточив внимание на торговле товарами, предоставлении услуг, интеллектуальной собственности, e-commerce, разрешении споров, ТТП, похоже, удастся удовлетворить требования всех сторон.

Китай



Необходимо признать, что экономическая модель страны конфликтует с существующим глобальным порядком. Конечно, это не значит, что Китай не имеет права выбирать свою экономическую систему. Изобретательность и тяжелая работа китайского народа привела к колоссальному подъему страны-гиганта, но ему также сильно способствовала глобальная расстановка сил после Второй мировой войны.

Власти, похоже, не хотят или не могут понять, что их экономическая модель создает давление на:

  • конкурентную торговлю;

  • приобретения прав интеллектуальной собственности в обмен на доступ к рынку;

  • возможность инвестировать в Китай так же, как он инвестирует в другие страны;

  • способность иностранных фирм конкурировать на равных с местными;


Когда США признает накопленные противоречия и начнет от них избавляться, то сможет проложить путь для SED 2.0.

Дать рынку ведущую роль в экономике - эта цель была озвучена с большим воодушевлением на пленуме партии в ноябре 2013 года, но за 5 лет добиться кардинальных сдвигов так и не удалось. Тем не менее, когда Китай позволяет рынкам процветать, как, например, в таких новых секторах экономики, как электронная коммерция, выгоды часто оказываются существенными.

Прогресс в создании рыночно ориентированной системы с правильно функционирующей кредитной системой и рациональным распределением ресурсов будет иметь большое значение для всего мира. Китай покажет, что отходит от своей привычной финансовой модели.

Более того, расширение внутренних рынков за пределы банковской системы положительно повлияет на оценку кредитоспособности и всемирные рейтинги. Это увеличит приток активов и улучшит инвестиционный климат в стране.

Долгосрочная цель - рост ВВП уже давно потеряла свою экономическую релевантность. (Команда Ченж понимает, что это скорее политическое решение и связано оно с «Китайской мечтой»). Аргумент прост - успешные страны отказываются от целей по росту ВВП. Постоянная гонка за высокими рейтингами, а не реальными цифрами оказывается бесполезной.

Во-первых, для достижения цели правительство использовало государственные банки, вливая в экономику огромные суммы заемных средств. Китай хочет выглядеть успешнее на фоне ближайших конкурентов, но соотношение долга к ВВП удвоилось со времени мирового финансового кризиса. К тому же, за последние годы уменьшился политический вес страны на международной арене.

Во-вторых, поскольку целевой показатель должен быть достигнут или превышен, официальный уровень ВВП выглядит подозрительно стабильно, а это вызывает массу вопросов о достоверности данных. Как и в случае многостороннего сотрудничества, предложенного США, достижение цели выглядело бы очень символично.

ЕС



Германия должна взять на себя инициативу и все переосмыслить. Еврозона нуждается в скоординированной фискальной политике, которая сможет укрепить валютный союз. Принятие решений может быть, как коллективным, так и включать мнения стран-участниц. Важно учитывать внешние факторы и решения, принимаемые остальной частью Еврозоны, а ведь она в наибольшей степени подвержена влиянию Германии.

Хоть налоговая справедливость и может оказать реальное влияние на ситуацию, но в текущих условиях такая стратегия окажется неэффективной. Для Германии - четвертой по величине национальной экономики в мире и лидера в ЕС - налогово-бюджетное стимулирование может помочь снизить профицит счета текущих операций, но высокие корпоративные сбережения все остаются проблемой. Домохозяйства должны инвестировать свои финансовые активы, а не прятать в сейфе.

Италия должна повысить свою производительность, потому что ВВП на душу населения остается таким же, как и в конце 1990-х годов. Это не совсем утешает, потому что будущее должно быть лучше или хотя бы не хуже прошлого.

Если использовать аналогию в покере, молодое поколение итальянцев получает заведомо проигрышную комбинацию карт. Но что делать в такой ситуации? Правильная макроэкономическая политика даст свои результаты. У Италии есть хороший background в виде торгового и налогового профицита, а потому остается только правильно использовать его.

Проблема заключается в полном отсутствии роста производительности. Вместо того, чтобы закручивать гайки по лимитам бюджетного дефицита, Брюссель, возможно, мог бы внедрять структурные реформы, которые способствовали повышению производительности и возобновлению роста ВВП. Конечно, итальянское правительство должно продемонстрировать свою готовность к переменам и желание получить помощь от ЕС. Проблема задолженности никогда не будет решена, пока экономика не начет расти. С похожей ситуацией когда-то столкнулась Япония, но ей удалось полностью изменить свой курс и выйти на новый уровень.

Долгосрочная цель: облегчить жизнь окраин благодаря частичному объединению долга. Было бы неправильно говорить о преждевременном проекте еврозоны. Недостатки валютного союза без какой-либо фискальной поддержки удалось найти за последнее десятилетие. Теперь дело за малым – попробовать быстро избавиться от них.

Соединенные Штаты и Европа должны пойти на встречу друг друга, но частичные взаиморасчеты никто не отменял. Это принесет как экономические, так и символические выгоды, но и риски (включая проблему «безбилетника»), поэтому каждый шаг необходимо тщательно продумать.

Обмен валют Ченж считает, что позицию евро в будущем будут крепчать. Продолжающиеся дискуссии о налоговом потенциале Еврозоны идут в этом направлении, но объем (0,2% ВВП) и цель (деньги на реформы) не могут рассматриваться в качестве стабилизирующих механизмов.

Опубликовано: